Глава десятая
ШАРИК ИДЕТ В ЛЕС

   Дядя Федор и  кот в  доме жили.  А  Шарик все по  участку бегал или в будке сидел.  И ночевал там. Он в дом только пообедать приходил или так, в гости. И вот однажды сидит он в своей будке и думает: "Кот себе корову купил.  Дядя Федор -  трактор.  А я что,  хуже всех,  что ли? Пора и мне ружье покупать для счастья. Пока деньги есть".
   Дядя Федор все его отговаривал ружье покупать - жалко зверюшек. И кот отговаривал - деньги жалел. А пес и слушать не хочет.
   - Отойдите,  -  говорит,  -  в сторону!  Во мне инстинкт просыпается! Звери -  они для того и созданы, чтобы на них охотились. Это я раньше не понимал,  потому что жил плохо!  А  теперь я  поправился,  и  меня в лес потянуло со страшной силой!
   Пошел он в  магазин и  купил ружье.  И  патроны купил,  и сумку купил охотничью, чтобы всяких зверей туда складывать.
   - Ждите меня,  -  говорит, - к вечеру. Я вам чего-нибудь вкусненького подстрелю.
   Вышел он из деревни и в лес пошел.  Видит,  колхозник на телеге едет. Колхозник говорит:
   - Садись, охотник, подвезу.
   Шарик на телегу сел, лапы свесил. А колхозник спрашивает:
   - А как ты, друг, стреляешь? Хорошо?
   - А как же! - говорит Шарик.
   - А если я шапку брошу, попадешь в нее?
   Шарик на задние лапы встал, ружье приготовил.
   - Бросайте,  -  говорит,  -  вашу  шапку.  Сейчас  от  нее  ничего не останется. Одни дырочки.
   Возница шапку снял и в воздух подбросил.  Высоко-высоко,  под облака. Шарик ка-ак баба-а-хнет!  Лошадь ка-ак перепугается! И - бежать! Телега, конечно, за ней. Шарик на ногах не удержался от неожиданности и с телеги полетел вверх  тормашками.  Как  на  дорогу -  плюх!  Ничего себе  охота начинается!
   Дальше он  уже пешком пошел.  Пришел в  лес,  видит:  на  поляне заяц сидит. Пес ружье зарядил, сумку приготовил и стал подкрадываться.
   - Сейчас я по нему как вдарю!
   Заяц увидел его -  и бежать. Шарик - за ним. Но споткнулся обо что-то и  в сумке запутался.  В которой надо добычу носить.  Сидит он в сумке и думает:  "Ничего себе охота начинается!  Что же это,  я  теперь сам себя домой понесу?!  Выходит,  я  же и  охотник,  я же и трофей?  То-то смеху будет..."
   Вылез из сумки - и по следу. Ружье за спиной, нос в землю. Добежал до узенькой речки, видит: заяц уже на том берегу скачет. Пес ружье в зубы и поплыл -  не бросать же зайца!  А ружье тяжелое - вот-вот утопит Шарика. Смотрит Шарик, а он уже на дне.
   "Что же это выходит?  -  размышляет пес.  - Это уже не охота, это уже рыбалка получается!"
   Решил он ружье бросить и всплывать поскорей.
   "Ну ничего, разнесчастный заяц, я тебе еще покажу! Я тебя и без ружья достану! Уши-то тебе надеру! Узнаешь, как над охотниками издеваться!"
   Всплывает он, всплывает, а у него никак не всплывается. Он в ремне от ружья запутался и в сумке. Все, конец Шарику.
   Но  тут он почувствовал,  что кто-то его за шиворот вверх потянул,  к солнышку.  А это был бобер старый, он неподалеку плотину строил. Вытащил он Шарика и говорит:
   - Делать мне нечего, только разных собак из воды вытаскивать!
   Шарик отвечает:
   - А  я  и  не просил меня вытаскивать!  Я,  может,  и не тонул вовсе. Может, я подводным плаванием занимался! Я еще не решил, что я там делал, на дне.
   А  самому так  плохо -  хоть караул кричи.  И  вода из  него фонтаном лупашет,  и  глаза на  бобра поднять совестно.  Еще  бы,  он  на  зверей охотиться шел, а вместо этого они его от смерти спасли. Идет он домой по берегу.  Понурый такой,  как  мокрая курица.  Ружье  на  ремешке тащит и размышляет себе:  "Что-то у меня с охотой не так получается. Сначала я с телеги упал.  Потом в сумке своей охотничьей запутался. А под конец чуть не утонул вовсе.  Не нравится мне такая охота. Лучше я буду рыбу ловить. Куплю себе удочки,  сачок.  Возьму бутерброд с колбасой и буду на берегу сидеть.  Буду я рыболовной собакой, а не охотничьей. А зверей я стрелять не хочу. Буду их только спасать".
   Только  сказать это  легко,  а  сделать трудно.  Ведь  родился-то  он охотничьей собакой, а не какой-нибудь другой.

Chapitro deka
BULETO IRAS EN ARBARON

Onklo Teodoro kaj la kato loghis en la domo, dum Buleto chiam kuradis lau la parcelo au sidis en la budo, kaj ankau noktumis tie. Li eniris la domon nur por tagmanghi au simple por gasti. Unufoje sidas li en sia budo kaj pensas:
"La kato por si achetis bovinon. Onklo Teodoro - traktoron. Kaj mi, chu mi plej malinda estas? Estas ghustatempe acheti pafilon por felicho dum ankorau mono restas".
Onklo Teodoro chiam malkonsilis lin acheti pafilon - li kompatis bestojn. Kaj la kato malkonsilis - li monon domaghis. Sed la hundo ech auskulti ne deziras.
- Deiru flanken! - li diras. - En mi la instinkto vekighas! La bestoj - ili speciale estas kreitaj por oni chasu ilin. Mi ne komprenis tion antaue char mi vivis malbone! Sed nun mi rebonighis kaj arbaro eklogis min ege!
Iris li al vendejo kaj achetis pafilon. Kaj kartochojn li achetis, kaj sakon chasistan por enmeti tien diversajn bestojn.
- Atendu min vespere, - li diras. - Mi pafakiros por vi ion bongustan.
Eliris li el la vilagho kaj direktighis al la arbaro. Vidas li, vilaghano sur charo vojaghas. La vilaghano diras:
- Sidighu, chasisto, mi veturigos vin.
Buleto sidighis sur la charon kaj la piedojn malsuprenigis. La vilaghano demandas:
- Kaj kiel trafe, amiko, vi pafadas? Chu bone?
- Certe! - diras Buleto.
- Kaj se mi la chapon suprenjhetos, chu trafos vi ghin?
Buleto ekstaris sur la malantauaj piedoj kaj preparis la pafilon.
- Jhetu vian chapon, - diras li. - Tuj nenio restos de ghi, nuraj truoj.
La kochero deprenis la chapon kaj suprenjhetis, alte-alte, ghis nuboj. Buleto - ek, pafegis! La chevalo - ek, ektimis kaj ekkuregis! Kaj la charo, certe, post ghi. Buleto pro subito ne sukcesis teni sin surpiede kaj elfalis de la charo kapon malsupren. Al la vojo li frap'! Nu, bone do la chaso komencighas!
Plu li iris piede. Venis li al la arbaro kaj vidas: sur la arbarkampo leporo sidas. La hundo shargis la pafilon, preparis la sakon kaj ekshteliris.
- Tuj mi al ghi pafegos!
La leporo ekvidis lin kaj ek, ekkuris. Buleto - post ghin, sed stumblis al io kaj implikighis en la sako, en kiu oni chasajhon portas. Sidas li en la sako kaj pensas:
"Nu, bone do la chaso komencighas! Chu mi nun portu min mem hejmen?! Chu rezultas, ke mi estas kaj chasisto kaj chasajho? Nu, da rido estos!.."
Elgrimpis li el la sako kaj - ek, kuri lauspure: la pafilo surdorse, la nazo al-tere. Atingis li mallarghan rivereton kaj vidas - la leporo jam sur la kontraua bordo saltas. La hundo prenis la pafilon per la dentoj kaj eknaghis - ja ne eblas lasi leporon! Sed la pafilo estas peza - apenau ne dronigas ghi Buleton. Rigardas Buleto - li jam sur la fundo estas.
"Kio do okazas? - meditas la hundo. - Tio ne plu estas chaso, sed ia fishkaptado rezultighas!"
Li decidis lasi la pafilon kaj elnaghi laueble rapide.
"Nu atendu, malfelichacha leporo, tuj mi instruos cin! Mi cin ankau sen pafilo atingos! Ciajn orelojn mi shiros! Ci ekscios kiel primoki chasistojn!"
Elnaghadas li, elnaghadas, sed neniu elnaghado rezultas: li implikighis en rimeno de la pafilo kaj en la sako. Jam fino, fino venis por Buleto.
Sed tiumomente li eksentis, ke iu ektiris lin supren je kolhauto, al la suno. Kaj tio estis kastoro maljuna, ghi apude konstruis digon. Eltiris li Buleton kaj diras:
- Chu ne havas mi aliajn aferojn krom eltiri iujn hundojn el akvo?!
Buleto respondas:
- Kaj mi ne petis, ke oni eltiru min! Eble mi ne dronadis tute. Eble mi pri subakva naghado okupighis! Mi dume ne decidis, pri kio mi okupighis tie sur fundo.
Sed mem li fartas tiel ache, ke apenau ne krias "Help'": kaj akvo el li fontanas, kaj hontas li levi la rigardon al la kastoro. Ja li iris por chasi bestojn, kaj anstatau tio ili savis lin de morto. Iras li hejmen lau la bordo, malgaja, kiel malseka kokino. Portas li la pafilon je la rimeno kaj meditas:
"Ial ne ghuste rezultas mia chasado. Komence mi de charo falis, poste en la propra sako implikighis, kaj fine mi preskau tute ne dronis. Ne plachas al mi tia chasado, prefere mi fishkaptu. Achetos mi fish-hokojn, kaptilon, prenos buterpanon kun kolbaso kaj sidados sur bordo. Estu mi fishkaptista hundo sed ne la chasista. Kaj pafi bestojn mi ne plu volas, mi nur savu ilin.".
Tamen diri tion estas facile, sed efektivigi malfacilas. Li ja naskighis chasista hundo sed ne ia alia.

<< >>