нпф будущее отзывы

Основатель украинского эсперанто на Галичине - Орест Кузьма.

Неудержимо летят годы и десятилетия, оставляя в прошлом и важные,
и незначительные события, знаменитых и никому не известных людей,
а на жизненной арене появляются новые лица и имена. К сожалению,
немного уже на Коломее тех, кто в своей памяти и сердце сберегает
образы неутомимых подвижников-просветителей, которые в далёкие
20-30-е годы не только давали такие необходимые украинским детям
знания, но и вкладывали в их души зёрна добра, любви к родной
земле и стремление достичь её независимости и свободы.
Гимназические профессора и школьные учителя были не только
высококвалифицированными педагогами, но и литераторами,
издателями и общественными деятелями. Именно им в значительной
мере обязана Коломея своему культурному и просветительскому
расцвету в первой половине 20-го столетия.

Орест Кузьма, преподаватель биологии, заслуживает отдельного
рассказа. Для одних он - профессор, что на своих захватывающих
лекциях знакомил с миром природы, для других - увлечённый
эсперантист, а кто-то помнит его как садовника, что любил просто
так дарить людям выращенные своими руками розы. Кем же он был на
самом деле, помогут понять некоторые факты его нелёгкой, но
насыщенной жизни.

Родился О. Кузьма в селе Диниска уезда Рава Руська на
Львовщине, где жили родители его матери, в декабре 1892 года.
Однако, поскольку запись в метрической книге была сделана позже,
то датой рождения считается 24 января 1893 года. Отец - Леонтий
Кузьма, преподаватель латинского и греческого языков в
Коломейской государственной украинской гимназии, человек
высокообразованный и интеллигентный. Был близко знаком с И.
Франко, М. Павликом, Я. Пстраком и многими другими выдающимися
людьми и радушно принимал их в своём доме. В частности, в 1912
году в его гостиной останавливался старый Каменяр, когда в
последний раз приезжал на Коломею, чтобы прочитать свою новую
поэму "Моисей". Вместе с отцом Йосафатом Кобринским, адвокатом Т.
Дембицким, профессором Л. Дольницким и другими Л. Кузьма начал
строительство Народного Дома в городе. Мать Ореста - Мазикевич
Олена - дочь священника. Вот, подрастая в такой семье, Орест с
детства впитал в себя стремление к знаниям, любовь к литературе и
искусству, а так же, конечно, к родной Украине. Обучался сначала
в Коломейской 4-классовой начальной школе, позже - в украинской
гимназии, которую закончил в 1913 году. Ещё будучи гимназистом, в
1908 году вместе с Маркияном Недильским, сыном директора, и К.
Чернышом начал изучать язык эсперанто. Сначала это было лишь
забавой, чтобы говорить между собой на непонятном для остальных
языке. Желание это возникло совсем случайно, когда в одной из
коломейских книжных лавок Орест наткнулся на небольшую старую
книжечку без обложки и заголовка, которая оказалась учебником
эсперанто автора этого языка Людвика Заменгофа. Постепенно
случайное знакомство с языком переросло в увлечение им. В 1909
году в руки О. Кузьмы попала польская газета "Pola esperanto"
("Польский эсперантист"), в которой он нашёл адрес международной
эсперанто-организации в Женеве - "Universala Esperanto-Asocio".
Завязав переписку с этой организацией, он получил экземпляр
журнала, что она издавала, с адресами эсперантистов всего мира.
Так Орест завязал контакты с некоторыми из них и начал активно
популяризировать международный язык не только на Коломее, но и по
всей Галичине. Уже через год отделом ассоциации он был назначен
делегатом по Коломее. В 1912 году по его инициативе в городе
создано первое Областное общество украинских эсперантистов
"Progreso" ("Прогресс"), главой которого был избран Божемский,
а секретарём - Орест Кузьма. Общество имело своё помещение в
центре города, где проходили встречи эсперантистов, число которых
расло, а также проходили курсы по изучению этого языка. От имени
общества О. Кузьма был делегирован на 8 всемирный конгресс
эсперантистов в Кракове. Там он лично познакомился с доктором
Эсперанто - Л. Заменгофом, который подарил ему свою книгу "Lingvo
internacia". Многие участники конгресса впервые благодаря О.
Кузьме и другим украинским делегатам узнали про Украину. С
большим увлечением был воспринят ими заводной украинский народный
танец в исполнении Ореста и львовской эсперантистки Изы. Спустя
много лет в 1956 году в письме О. Кузьме жена известного поэта
Иза Волощак вспоминала: "Помните ли вы ещё Восьмой международный?
Нас было семеро украинцев, молодых, пылких... Та Иза, что
танцевала с Вами, "гуцулом" Орестом, наши национальные танцы в
украинских костюмах на заглядение присутствовавшим эсперантистам
со всех континентов, уже постарела. Но душой мы, эсперантисты,
всегда молоды." Конгресс помог Кузьме понять, какую огромную роль
может играть язык эсперанто для пропаганды украинской культуры в
мире. Поэтому, приехав с форума, он с новым энтузиазмом взялся за
переводы произведение В. Стефаника, И. Франко, Л. Мартовича, Т.
Бордуляка и других на язык эсперанто и посылал их в разные
литературные эсперанто-издания, в частности, в венгерский "La
Verda Standardo" и немецкого еженедельника "Germana
Esperanto-Gazeto". Большим достижением О. Кузьмы и его друзей был
выпуск в 1913 году первого на Украине эсперантского
периодического издания - ежемесячника "Ukraina Stelo" (Звезда
Украины), который выходил до конца июня 1914 года и после
длительного перерыва, вызванного военными действиями - в 1922-1930
годах. На его страницах печатались переводы произведений Т.
Шевченко, И. Франко, в частности, его знаменитое "Посвящение" в
честь Кобзаря (1914), О. Кобылянской, В. Стефаника, Леси
Украинки, М. Коцюбинского, народные песни, коломийки (их перевёл
В. Атаманюк), статьи про творчество украинских писателей.

В 1913 году О. Кузьма начал обучение в Вене - сначала в
Торговой академии и одновременно на правовом факультете
университета, позже перевёлся на философский факультет. После
начала первой мировой войны австрийская власть эвакуировала всех
своих служащих из Галичины, в том числе и Леонтия Кузьму. Так что
Орест пребывал в Вене вместе с семьёй пока австрийские войска не
вернулись в Коломею, а потом остался до окончания университета в
июле 1918 года. Очень мало известно про судьбу Кузьмы в военных
действиях первой мировой войны, однако то, что он находился в
составе Легиона Сечевых Стрельцов, не подлежит сомнению. В его
семье долгое время сберегались альбомы с фотографиями сечевых
стрельцов, которые делал сам Кузьма. А уже будучи гимназическим
учителем, он рассказывал ученикам эпизоды из жизни сечевых
стрельцов. К сожалению, в своей автобиографии, написанной в
1950-х годах он по понятным причинам про этот факт не вспоминает
ничего. Пребывая в Вене, Кузьма продолжал интересоваться языком
эсперанто и поддерживал связи с многими венскими эсперантистами.

Вернувшись в Коломею, работал на должности инженера в
Государственном правительстве по восстановлению края, а также
учителем в торговой школе, гимназиях. 24 ноября 1920-го года был
назначен учителем биологии польской государственной мужской
гимназии, а уже 1 января 1923 года переведен в украинскую
государственную гимназию. С 1922 по 1929 год, как написал
позже в автобиографии, стажировался на физико-природоведческих
курсах во Львове и Станиславе и 18 мая 1929 года в Кракове сдал
соотвествующий экзамен. Одновременно продолжал заниматься языком
эсперанто: в 1922 году возобновил издание ежемесячника "Ukraina
stelo" и выпустил за свои средства "Полный учебник по
международному языку эсперанто". Учебник состоял из вступления,
коротких методических упражнений и основной части - грамматики с
текстами. Он является образцом хорошего объединения теории и
практики эсперанто. Особого внимания заслуживает подбор текстов,
большей частью это собственные переводы Т. Шевченко, поэма
"Катерина" в переводе В. Девятнина и переводы упомянутого уже В.
Атаманюка - "Коломийки", "Казачок" и поэзия А. Крымского,
"Настенный календарь". В том же году вышел эсперанто-украинский
словарь Карла Вербицкого с предисловием О. Кузьмы "Ключ к
эсперанто", а так же выозобновилрись в гимназии курсы эсперанто.
1922 год был исключительным в жизни Ореста и в личном плане, так
как в том году он женился на Марии Меринюк.

В 1931 году О. Кузьма снова стал делегатом Всемирного
Конгресса эсперантистов в Кракове. Однако польские
организаторы форума запретили право украинской делегации
принимать в нём участие, мотивируя это тем, что представительские
группы формировались по государственному, а не по национальному
признаку. В знак протеста против такого решения украинские
эсперантисты покинули конгресс. Дело предалось огласке в
эсперантской прессе, симпатии в большинстве случаев были на
стороне украинцев. Под давлением мирового мнения польское
общество направило одного из своих членов, доктора Одо Буйвида с
извинениями к Оресту Кузьму в Коломею. В 1930-31 годах О. Кузьма
напечатал в местной польской газете курс лекций по языку
эсперанто, изданный позднее отдельной брошюрой Эрною Циманд. В
1932 году в издательстве "Быстрица" он издал брошюру
"Международный язык эсперанто", которую 16 января 1933 года
Коломейский окружной суд запретил. Как записано в архивном
полицеском документе "... содержание, приведенное на 4-й странице
обложки содержит признаки преступления согласно параграфу 152
уголовного кодекса". Там Кузьма привёл карту, на которой Украина
не была изображена частью Польши, а была объединена с Восточной
Украиной.

Много ещё было событий в жизни профессора: рождение сына
Богдана и дочери Веры, насыщенная педагогическая и издательская
деятельность, интересная переписка и встречи, увлечение
фотографией. А фотографом он был прекрасным. Самые удачные снимки
опубликовал в виде почтовых открыток с эсперантскими и
украинскими подписями ещё в Вене. Среди тех карточек - пейзажи,
образцы национальной одежды, сценки из народного быта, а так же
серия, посвящённая историческим и культурным деятелям Украины.

Двери гостепреимного жилища семьи Кузьмы всегда были открыты
для друзей и коллег эсперантистов со всего мира. Побывали у них
даже два китайца, которых профессорша потчевала вкусными
украинскими варениками.

1939 год принёс перемены, которые повернули жизнь Ореста
Кузьмы и его семьи в совсем иное русло. Как человек,
пользовавшийся уважением и авторитетов коломейцев, он был избран
в комитет профсоюза коломейских учителей, стал делегатом
Украинских Народных Сборов во Львове от 264 избирательного округа
Станиславской области, некоторое время был главой 14-го
избирательного участка города Коломеи по выборам в Верховный
Совет УССР. С начала учебного года 1940-41 работал на должности
завуча в СШ N1, а 20 июля 1941 года, о чём мало кто знает, был
назначен директором этой школы. Однако вторая мировая война
диктовала свои законы. Во время немецкой оккупации Коломеи Кузьма
работал учителем биологии и физики во вновь открытой гимназии,
прикладывал все старания для сохранения оборудования кабинетов,
имущества школы. В послевоенные годы был учителем химии и
биологии 8-10х классов СШ N1, а также в СШ N2 и в техникуме
медсестёр. Нелёгким было то время, особенно для семьи О. Кузьмы.
Но несмотря ни на что он всегда оставался доброжелательным,
человечным, готовым помочь. Об этом красноречиво свидетельствуют
хотя бы воспоминания участницы украинского повстанческого
движения Ганны Шепетюк. Ещё во время немецкой окупации она, тогда
ученица гимназии, некоторое время жила у профессора. А в январе
1945 года, когда одна её сестра попала в Мордовские лагеря,
другая сестра стала референтом пропаганды окружного руководства
УПА (Украинской Повстанческой Армии), а родители, спасаясь от
вывоза в Сибирь, оставили дом в Косово, Ганна, не имея места, где
остановиться, пришла к Кузьме. Профессор с женой не только не
побоялись впустить её в дом, но и пристроили к обучению в СШ N2 и
относились как к родному ребёнку, хоть и не могли не понимать,
что её связь с УПА, встречи с повстанцами, которые проходили
иногда в их доме, представляли опасность и для них. Кроме того, в
голодном 1945-ом продукты выдавались по карточкам, очень тяжело
было прокормиться, но с Ганной в семье Кузьмы делились последним
куском хлеба. В январе 1947 года Ганну арестовали, перед тем
устроив обыск в доме профессора. Недолго находились под арестом и
Орест с Марией. В начале марта ночью после жестоких допросов
Ганну с обмороженными и распухшими ногами выпустили из
коломейской тюрьмы на свободу. И опять она постучала в двери
кузьмовского дома. Приняли, обогрели, помогли и на этот раз, хотя
понимали, что находятся под зорким оком НКВД. "Профессор Кузьма
потерял все материальные блага, заработал с семьёй долгие годы
высылки, но не утратил высокого человеческого достоинства. Мы,
его ученики, должны гордиться таким учителем, который всегда
давал нам пример мужества, честности и большого национального
самосознания", - писала позже в своих воспоминаниях Г. Шепетюк.

22 октября 1947 года хату Кузьмы окружили военные. На сборы
перед вывозом в Сибирь дали один час. Через много лет госпожа
Мария вспоминала, что Орест прежде всего сложил самое дорогое для
него - эсперантские книги. Кое-как упаковавшись, Орест, Мария и
Вера выехали грузовиком на коломейский вокзал, наполненный
сотнями таких же, как и они - заплаканными, несчастными людьми.
Перед ними была истязающая поездка товарным поездом. Женщины и
дети спали на нарах, мужчины же - просто на полу. Кормились, как
известно, "баландой" и протухшей селёдкой, а за водой можно было
выйти только на больших станциях, да и то под конвоем. До места
назначения доехали не все. 10 ноября в Называевке Омской области
прибывшие предстали перед директорами местных колхозов и
совхозов, которые выбирали нужных их работников. Семья Кузьмы,
как и другие семьи с Коломеи, попали в Тюкалинский совхоз, чьим
директором был выходец с Восточной Украины Савчук, родители
которого были высланы сюда ещё после первой мировой войны.
"Приехали на место, - вспоминала потом госпожа Мария, - а мороз -
зуб на зуб не попадает. Впереди ехал прокладывать дорогу трактор,
а мы за ним в совхоз. Там нам дали барак, в котором раньше
держали коров, и мы даже за это были благодарны". Тогда, в
сибирском совхозе, они хоть и пообмораживались, а жить всё-таки
надо было. Директор человечный был, дал прибывшим леса, так они
со временем построили себе дома. Не "избы", в которых жили
местные, а дома с комнатой, кухней, коридорчиком. "Приехавшие с
Украины привезли нам культуру", - не раз повторял Савчук.
Несмотря на все беды и трудности, что выпали на судьбу немолодого
уже коломейского профессора в Сибири, он и там сумел проявить и
использовать свой талант и изобретательность. Благодаря Кузьме в
Сибири вырос сад. В его идею о выращивании плодовых деревьев и
кустов и Омской области, где морозы достигают и 50 градусов,
сначала не верил никто. Но всё-таки директор совхоза выделил ему
небольшой участок, а с далёкой Украины прислали саженцев. Сумел
он зажеч своим пылом и 8 женщин, работниц совхоза, которые
помогали ему с самого начала. Одна из них позднее вспоминала:
"Страстный садовод, Орест Кузьма сумел и нам, сибирячкам, привить
любовь к садоводству... Иногда нам казалось, что мы действительно
взялись за непосильное дело. Но Кузьме снова и снова удавалось
зажигать в сердцах работниц вдохновение, надежду". Через 3 года
Кузьма собрал первые плоды яблонь, смородины и др. Это была
настоящая сенсация и большой успех. С предложения Кузьмы
руководство совхоза дало разрешение расширить сад ещё на 4
гектара. Стало больше последователей и помошников, а кое-кто из
сибирских учёных даже защитил дисертацию, воспользовавшись
достижениями коломейского профессора. Последний год пребывания в
Сибири, с 1 сентября 1955 года по август 1956 года Орест Кузьма
работал учителем биологии в 7-летней совхозной школе в Тюкалинске.
На Украину, в родную Коломею семья вернулась в 1956 году. Тут
старенький Кузьма ещё несколько месяцев с августа по декабрь 1957
года учительствовал в средней школе N5, а 24 декабря в 64-летнем
возрасте вышел на пенсию. Не забывали его последователи-садоводы
из Сибири - каждый год присылали посылки с яблоками. В 1968 году
республиканская эсперанто-комиссия избрала Ореста Кузьму
почётным членом, подчеркнув его большую заслугу в популяризации
эсперанто и украинской культуры в мировом масштабе. Умер
неутомимый изобретатель, любимец гимназистов и известный
эсперантист в декабре 1968 года, похоронен на старом коломейском
кладбище радом с отцом.

Мирослава Кочержук, старший научный сотрудник Музея Истории
Коломеи.


С украинского языка перевёл Mevo